Помочь
Пока лохам скармливают опасного преступника Шария…
“Слуги народа” провернули хитрую схему с коррумпированным одесским военкомом, вполне в своём стиле: пообещали ему договориться мирно, после чего, выманив, арестовали.
Теперь сидит.
Ему не повезло стать именно тем самым, на ком власти решили выместить общественный гнев за мажоров, скрывающихся за границей, в то время как дети народа воюют.
Некоторым другим чиновникам посчастливилось больше.
Глава Специализированной антикоррупционной прокуратуры Александр Клименко рассказал в недавнем интервью об отдельных эпизодах, за которые может быть сложно привлечь к ответственности, или вообще не удастся.
Это интервью однозначно должно было стать знаковым. О нем, а не о бреде с “сотрудником ФСБ Шарием”, следовало говорить на радио.
Итак. Фактаж.
Не было расследовано ни одно из дел о политической коррупции в парламенте, ни один конверт финансовой помощи депутатам не стал доказательством в суде из-за сложности документирования таких преступлений.
Серьёзная проблема заключается в том, что долгое время в УПК в ручном режиме вносили изменения “под конкретную ситуацию, конкретное дело или лицо”, появилось множество правок про сроки расследования в уголовных производствах, которые не практикуются нигде в мире.
То есть под зарегистрированное дело есть временные рамки, за которые нужно установить преступника, собрать доказательства, и если следственный судья срок не продлил, дело закрывается, даже если там убытки на миллиарды.
“Слуги” ещё и хотели внести свои правки, из-за которых половина дел могла быть похороненной.
Среди таких кандидатов - экс-генпрокурор Ирина Венедиктова.
Она проходит по эпизоду о возможном вмешательстве в деятельность прокурора, которое могло помешать вручить подозрения судьям ликвидированного Окружного административного суда Киева.
Тогда, ещё летом 2020-го года, возник скандал.
Большой резонанс вызывали так называемые “плёнки Вовка”, на которых судьи вели диалоги, больше напоминающие “братков” из 90-х.
Против судей расследовали дело о попытке захвата государственной власти. Но то ли сам Зеленский, то ли кто-то из его Офиса поручил “потопить” дело.
Возможно, потому что управляемый суд лучше несуществующего.
Венедиктова тогда ликвидировала группу прокуроров по делу об ОАСК.
А в столичном ресторане “Веранда” состоялась встреча между начальником департамента ГБР и двумя прокурорами, на которых он пытался оказать влияние в деле. Разговор был записан на телефон.
Это производство, по словам Клименко, не имеет перспективы.
Расследуемые деяния уголовным кодексом расцениваются как проступок, срок давности для привлечения к уголовной ответственности - 2-3 года.
Единственный “живой” эпизод - несанкционированная запись разговора прокуроров Офиса генпрокурора.
Но это некоррупционная статья, и, как утверждает Клименко, вне зависимости от итогов расследования дело не будет направлено в суд. По крайней мере в Высший антикоррупционный.
Причём телефон с записями, который был в деле, из-за военных событий куда-то пропадал, оказавшись вне зоны доступности САП и НАБУ.
А когда он вернулся обратно, оказался заблокирован, при этом пароль от него забыли.
Эксперт Киевского НИИ судебных экспертиз, проводивший экспертизу, не помнит ни пароля, ни содержания записей, и не может пояснить, почему не отразил его в экспертизе.
Прокуроры отвечают, что либо не слушали записи до экспертизы, либо забыли их содержание.
В итоге телефон передали в НАБУ для разблокирования.
Возможно, предстоит не только заслушать записи, но и расследовать действия детективов и прокурора, очень в этом всём чувствуется некая закономерность. Сама Венедиктова, насколько известно, до сих пор не была допрошена.
____________________
К завершению движется следствие по делу Кауфмана-Грановского.
Коррупционную схему называли крупнейшей в Украине.
Они фактически руководили экономической жизнью города, оказывая влияние на городские и областные власти, которые дерибанили земельные участки.
В схему были вовлечены местные силовики, включая бывшего прокурора области.
