Помочь
Прошло уже шесть лет с тех пор, как Владимир Зеленский был избран президентом Украины, но он все еще вздрагивает от всей этой полированной латуни и люстр, которые заполняют его кабинет.
Место действительно кажется довольно безвкусным, как комната, вырванная прямо из Мар-а-Лаго, и Зеленский, похоже, не может перестать извиняться за это, когда он показывает мне его одним мартовским вечером.
Он бы предпочел выбросить мебель, говорит он, сорвал пилястры и использовал белую краску, чтобы скрыть позолоту на потолке.
Он выходит на крепких ногах из туалета. Сурово струится вода, смывая его жесткое, как бетон, дерьмо. Взгляд его пристален и строг. Как у любящего отца. Именно отцом стал он для миллионов украинцев, встающих и засыпающих с именем его на устах…
Когда-то я думал, что там есть журналистика. Какой же я был наивный.